Государство бьет тревогу. По данным последних опросов, сегодня 92% детей начинают полноценную сетевую жизнь в возрасте моложе 10 лет. А там, дескать, чего только нет: и педофилы, и наркоторговцы, и экстремисты с террористами, и «синие киты» — клубы юных самоубийц.

Родители, настаивают чиновники с депутатами, защитить своих отпрысков от этой напасти не могут: по данным руководителя проекта «Сетевичок» Сергея Абрамова, в сетях дети в среднем торчат по 2,5 часа в день, а общаются с родителями всего по 15–20 мин. При этом большинство взрослых еще и некомпетентно (кстати, ловко пользуясь этим, детки стали подделывать электронные дневники, пряча в недрах виртуальной реальности полученные в школе «пары» с «колами» и выставляя вместо них фейковые «четверки» с «пятерками»). Так что единственный выход, с точки зрения властей, — не надеясь на семью, взять взаимоотношения ребенка с Интернетом под свой жесткий контроль.

Неутомимый депутат Госдумы и вице-спикер нижней палаты парламента Ирина Яровая с группой товарищей уже подготовили поправки к закону, приравнивающие «виртуальные» преступления к реальным. Например, предлагается ввести уголовную ответственность за прямое склонение и содействие к совершению самоубийства через Интернет, интернет-пропаганду наркотиков, экстремистскую сетевую активность и т.п.

Кроме того, впервые, по словам Яровой, в законопроекте «формулируются новые формы профилактического характера, а не работа с последствиями преступлений против несовершеннолетних. Преступления в Интернете трудно доказуемы. Поэтому, чтобы обеспечить суд законно добытой доказательной базой, перед блокировкой ресурсов с негативным контентом Роскомнадзор будет направлять информацию в МВД, чтобы начать разработку преступников, стоящих за этими ресурсами».

На ту же цель, но со своей стороны заходит и Минобрнауки под водительством Ольги Васильевой. Проведения уроков безопасного Интернета в школе уже недостаточно, заявила она на слушаниях в Совете Федерации. В Федеральный государственный образовательный стандарт будут внесены поправки, позволяющие включать обучение безопасному поведению в Интернете начиная с младших классов, включая этот курс в любые предметы и внеучебные мероприятия.

Впрочем, лучше всего вообще отвлечь детей от Интернета, подчеркнула министр. Правда, тогда им обязательно придется дать что-то взамен. И что это будет — уже понятно: дополнительное образование, то есть кружки и секции.

Что касается необходимости борьбы государства со взрослой преступностью, будь то педофилия или торговля наркотиками в закоулках большого города или интернет-пространства, то с ней все ясно. А вот агрессивное вмешательство государства в сферу, относящуюся к компетенции семьи, смущает, если не сказать пугает. Особенно с учетом «звоночков», что одним лишь «нехорошим» интернет-контентом дело не ограничится.

К примеру, представляя свой законопроект, Яровая подчеркнула, что его действие распространится «не только на «группы смерти» в соцсетях, но и на некоторые игры и занятия, вроде руферства и зацеперства, и даже на печатные издания», а главное — «на размывание традиционно-духовно-нравственных ценностей граждан России. Например, через Интернет формируется негативное отношение к деторождению». Это что же, вопросы деторождения у нас теперь будут регламентироваться законом Яровой?

Или взять заметно участившиеся высказывания руководства Минобрнауки о том, что «в образовании воспитание важнее обучения». Но ведь главная задача школы — учить! Воспитывать же должна семья. И без надзора государства.

Под борьбу с тлетворным влиянием Интернета упорно подверстывают и борьбу с правом школы на выбор учебника. Ольга Васильева, например, то и дело ужасается, что в перечне учебников, официально рекомендованных для изучения в школе, сейчас 1276 наименований — «чудовищная», по ее словам, цифра, которую во что бы то ни стало надо сократить. Но ведь это на все предметы во всех 11 классах! Так что реальный выбор совсем не так уж велик. Неужто «в воспитательных целях» нам опять предстоит вернуться к единственному учебнику с «единственно верным» взглядом на изучаемый предмет? Ничем хорошим, смею напомнить, этот опыт для нас не закончился.

И наконец, про идею «подсунуть» детям вместо Интернета кружки и секции. Про то, что, как говаривал известный персонаж О'Генри, «песок — неважная замена овсу», я уж молчу. Но за последние несколько лет, как неоднократно писал «МК», власти на местах только и делали, что закрывали бывшие дворцы пионеров — центры детского творчества с бесплатным дополнительным образованием. В итоге сейчас, констатировал Сергей Абрамов, «в огромном количестве муниципальных образований не осталось бесплатных кружков и секций, а платные слишком дорогие!»

Марина Лемуткина