Тополь в стиле вуду
Сейчас только инопланетяне, наверно, не слышали сектантские рассуждения о чудесных свойствах воды. Как она якобы запоминает информацию, кристаллизуется в удивительные звездочки и многоугольнички – все японцы рассказали и фильм показали. Наши люди от японцев не далеко ушли: с древних языческих времен на водичку нашептывали, в ожидании дальнейших чудес.
Со знаком минус – если плохого наболтаешь, сугубо положительные – ежели добра пожелаешь. Но вдруг над источником уже кто-то что-то брякнул? Особенно когда поскользнулся или кувшин выронил. А вода-то все помнит! И жрецы с шаманами изобрели способ удаления из жидкостей ненужной информации. Для этого воду долго и упорно толкли-перемалывали в посудине, выдолбленной из ствола дерева. И после нескольких дней мучений можно было уже шептать заклинания всякие и заговоренное питье менять на шкурки или там пояски расшитые. Но, видимо, не всегда срабатывало это малобюджетное зелье. Потому постепенно выражение стало символом совершенно бесполезного занятия.
Выносить сор из избы.
Опять-таки случай так называемого колдовства. Нам сейчас непонятно – куда же девать тогда этот самый сор, копить в доме что ли? А раньше было принято сжигать его в печи. Во-первых, мусоровозов еще не изобрели, во-вторых, магическое воздействие было одним из основных способов внушения после грубой силы. А знаток тонких колдовских материй, по поверью, мог, поведя носом над мусором, узнать всю подноготную его хозяев. Ну, и навредить само собой, и на кладбище его зарыть, что вообще чревато ужасными последствиями. Постепенно верить в эти страсти люди перестали, но выражаться насчет сора так и продолжают – нечего, мол, свои тайны делать достоянием общественности
Узнать всю подноготную
В принципе, словосочетание это не то, чтобы утратило значение, но потеряло зловещую связь со своим источником. А зародилось оно не где-нибудь, а в пыточной камере. Когда подозреваемый попадался крепкий да морально устойчивый, и не признавался в содеянном, палач говорил: ««Не скажешь подлинной правды, скажешь подноготную». После этого с ногтями можно было проститься. Существовали и другие варианты пытки, не менее мучительные. Видимо, были они довольно действенными, потому что выражение сохранилось, только про страшноватый истинный его смысл люди поспешили забыть.
Зарубить на носу
С этим выражением наоборот – отдает оно как-то членовредительством и агрессией. Несчастный школьник, перед носом которого качается грозный перст педагога, наверное, так и представляет себе, как топор заносится над выступающей частью его лица. На самом деле, нос – это небольшая деревянная дощечка. Неграмотные крестьяне делали на ней зарубочки, дабы не забыть какое-нибудь важное дело, или царапали рисунки, поясняющие суть этого дела.
Играть в бирюльки
В деревне эта игра захватывала целые семьи. Главное – для нее не надо было никаких капиталовложений. Взял соломинок, насыпал кучку и палочкой вынимаешь по одной так, чтобы другие не потревожить. Вроде как тетрис наоборот. Потом это занятие потребовало-таки денежных затрат. Бойкие предприниматели стали выпускать наборы палочек и специальные крючочки для тягания. А позже наборы стали составлять из крошечных фигурок: чайничков, лесенок, лошадок. Была такая игрушка даже у царской семьи. И непонятно после этого, каким образом стало это выражение синонимом глупого, бесполезного занятия. А мелкая моторика рук?
Вилами на воде писать
Тут есть два толкования, одно «серьезнее» другого. Во-первых, вилами на Руси называли русалок. Непонятно, откуда бы речные девы умели писать, но, увидев их предсказания, начертанные на воде, можно было быть уверенным, что все исполнится.
Также вилы были орудием волхвов, а уж после этого приземленным сельскохозяйственным орудием. Три наконечника означали сущность бога Триглава, и существовали как большие вилы, вроде посоха, так и маленькие – костяные, с ладонь. И вот этими штуками жрецы, устав нашептывать, выводили заклинания на воде. Возможно, ее даже предварительно толкли. Но что толку? Все равно забыли об их трудах, а над вилами писанным только насмехаются.
Ворон считать
Так и представляется увалень, который, пока черные птицы клюют огородные посевы, пересчитывает воришек, вместо того, чтобы хвататься за дрын. Но дело в том, что ворон считался птицей зловещей. Так как эти пернатые не брезгуют мертвечиной, в народе сложилась четкая формула суеверия: люди+ворон = покойник. Так, например, если ворон сел на крышу дома и каркнул, значит в доме кто-то умрет. А уж если черт крылатый сел на крест церковный, то жди беды для всего села. Вот и смотрели люди со страхом в душе – где там расселись наглые птицы. С принятием христианства страх поуменьшился. Ворон например кормил пророка Илию в пустыне. Так что, снова-здорово – пустое занятие – каркающие приметы считать!
