Универсальный гений с мышлением другой эпохи. Не понятый современниками.
Поэт, математик, философ, астролог, астроном, царедворец. Только легенды
о первой половине жизни, впрочем как и о последних годах жизни.

Отставил я дела, закрылся на засов
От благодетелей - ничтожеств и столпов.
И руку мне подать теперь лишь друг готов:
Такой же, как и я... Но сам-то я - каков?

И каков он, Омар Хайам?
Мистик, суфий:
В тоске молило сердце:"Открой мне знанья свет!"
- Вот это - знак алифа, - промолвил я в ответ.
И слышу вдруг: "Довольно! Ведь в этой букве всё:
Когда Единый в доме, другим уж места нет".
Пер. Л. Некора

Гедонист, проповедующий чувственные наслаждения:
Просило сердце: "Поучи хоть раз!"
Я начал с азбуки: "Запомни - "Аз"".
И слышу: "Хватит! Всё в начальном слоге,
А дальше - беглый, вечный пересказ."
Пер. И. Тхоржевский

Поэт-хулиган, однофамилец  Хайяма-учёного:
"Снизойди,- меня сердце просило, - к мольбе,
Научи меня истине, ясной тебе!"
"А!" - сказал я. "Достаточно! - сердце сказало.-
Много ль надо ума, чтобы вымолвить "Бэ"."
Пер. Г. Плисецкий

Добропорядочный мусульманин:
Сказало сердце мне:"Учить меня начни.
Науки - таинства, но что таят они?"
Я начал с азбуки: "Алеф..." И слышу: "Хватит!
Свой своего поймёт, лишь буквой намекни".
Пер. И. Голубев

Дословный перевод того, что ответило Сердце:
"Довольно! В доме если человек есть, одного слова достаточно".

В постройке кольцевой без окон, без дверей,
Скитальцы, узники бессмысленных путей,
Мы все беспомощны, как птицы средь сетей,
Мы жертвы времени, и страхов, и страстей.

Омар Хайям.

Подпись автора

Я СЛИШКОМ МНОГО ЧИТАЛ, ЧТОБЫ ОСТАТЬСЯ В ЗДРАВОМ УМЕ.
Г. ЛЕССИНГ